Создать сайт
Понравился? Нажмите -
@ADVMAKER@

Научно-исследовательская работа "Этическая функция огня в произведениях Анны Неркаги"

19.05.2013

Ямало-Ненецкий автономный округ

 

МУНИЦИПАЛЬНОЕ БЮДЖЕТНОЕ

ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

"ГИМНАЗИЯ №1"

муниципального образования город Ноябрьск

 

Россия, 629810, Тюменская область, г. Ноябрьск, ул. Холмогорская 29, тел/факс. 35-22-09

 

 

 

 

 

           Этическая функция огня в произведениях  Анны Неркаги

              

 

 

 

 

                                                                Авторы :          Ланкевич Екатерина,10б класс

                                                                                          Кравченко Анастасия,10б класс

                                      Научный руководитель:          Силина Т.Ф.,

                                                                                         учитель обществознания                                 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

                                                Город  Ноябрьск, 2012 год

                                                     

                                      Оглавление:

  • Аннотация……………………………………….стр.3
  • Обзор использованной литературы…………….стр.3-4
  • Актуальность……………………………………стр.4
  • Вступление………………………………………стр. 5
  • Основная часть:

           -глава 1. Анна Неркаги-этническая писательница Ямала………………………………………………….стр.7

           -глава2. Этическая функция огня в мифологическом сознании ненецкого народа………………………….стр.9

           -глава3. Этическая функция огня в произведениях Анны Неркаги………………………………………...стр.12

  • Заключение……………………………………стр.17
  • Библиографический список…………………………......стр.18

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

                                                                 

 

 

 

Аннотация:

Объект исследования: культ огня, как проявление анимизма (анима- душа) в мифологическом сознании ненецкого народа.

Предмет исследования: использование культа огня как выразительного этического средства в произведениях Анны Неркаги.

Гипотеза: если проследить использование  культа огня в произведениях Анны Неркаги, то можно выявить этическую функцию мифа как выражение нравственных норм коренных народов Севера.

Методы исследования:

  1. Теоретический, мы сравнивали отношение к культу огня в различных источниках у разных народов в различные эпохи.
  2. Экзистенциальный,  мы  исследовали предназначение огня у древних народов и народов Севера через  универсальные вопросы человеческого  бытия; жизни и смерти, веры и отношения предкам, взаимоотношений человека и природы.
  3. Эмпирический, мы убедились, что  в опыте народов Севера культу огня придается особое значение.

Цель работы: исследовать этическую функцию огня в произведениях Анны Неркаги.

Задачи исследования:

  1. Доказать, что Анна Неркаги является этнической писательницей Ямала.
  2. Исследовать этическую функцию в мифологическом сознании ненецкого народа.
  3. Проанализировать этическую функцию огня в произведениях Анны Неркаги.

Обзор использованной литературы.

Понять литературу народов Ямала – это значит проникнуть в их духовный мир, психологию, мировоззрение.  Помочь  это сделать  нам помогли книги Н. В. Цымбалистенко « Север есть Север» ( исторические судьбы коренных народов Ямала в литературном освещении), Санкт – Петербург, Филиал издательства « Просвещение», 2003 год;  автор интерпретирует жанр произведения А. Неркаги « Молчащий» как философскую притчу, генетически восходящую к традиции библейских текстов,  что придает произведению универсально – глобальный характер. Знакомство с жизненной драмой этнической писательницы А. Неркаги началось с произведения Н. Цымбалистенко, Ю. Попова « Умолчание эпохи»,  Мир Севера. 2000г. №6(22). ,  в котором дан анализ произведений А. Неркаги, отдается дань признания А. Неркаги как истинной хранительнице традиций предков, выразителю  подлинных интересов интеллигенции ненецкого народа и отмечается стремление писательницы ввести культуру ненцев в мировой контекст. Сильное впечатление произвел на нас критико – биографический очерк творчества Анны Неркаги « Гений чистой красоты» В. Рогачева, ( Анна Неркаги. Молчащий: Повести – Тюмень:

« СофДизайн»,1996.)

Мы познакомились с произведениями В Евладова,  К. Карьялайнена

 « Религия Югорских народов», Хельсинки: 1921-1927г., написанная по результатам четырехлетней экспедиции к ханты на рубеже 19 – 20 веков, наиболее полное исследование религиозных верований и обрядов народов Ямала.

Актуальность:

Обращение к мифу, фольклору,  сказке является одной из характерных черт литературы 20 века. Осмысление сложного и противоречивого современного мира немыслимо без понимания глубинных архетипов человеческого сознания, своеобразия восприятия действительности разными народами в различные времена. Особенно это актуально для феномена культуры Севера, в которой в силу сложившихся исторических и географических условий сложно переплетаются прошлое и настоящее, природа и цивилизация, древние идолы и христианские святые, коллективное бессознательное и нарождающееся ощущение ценности отдельного человека. После навязанной политической мифологии человек Севера стремится вернуться в область древнейшего мифологического сознания. Однако связь времен прервалась, корни оказались подрубленными, национальное сознание ищет выхода в чувстве независимости и отторжении « чужеродных» ценностей.  В настоящее время именно Анна  Неркаги, самая популярная писательница – ненка возвращает утраченную историческую память и одновременно старается приобщить свой народ к широкому полю мировой культуры.

Неркаги обращается к мифу для постановки актуальных проблем современности, преломляя общероссийские проблемы на местном материале. Малая степень осознанности национальных культурных традиций привели нас к мысли о тщательном исследовании культурных традиций ненецкого народа в «первичном материале», в произведениях Анны Неркаги, этнической писательницы современности.

Мы осознавали,  что такая работа поможет не только понять традиции народа, но и будет способствовать хотя бы их частичной реставрации. Исследование позволило нам понять единство культуры ненецкого и других народов мира, единство мифологического сознания народов, сложные этнические процессы, перемешивание культур различных народов.

Вступление.

« Много у человека в душе костров. Костёр любви и доверия, чёрный костёр лжи и злобы, костёр доброты…И дай бог каждому человеку, чтобы в душе его никогда не гасли добрые костры, чтобы не могли их потушить никакие холодные ветры…»

                                                            А. Неркаги,    «Анико из рода Ного».[1]

  Социальная природа огня проходит через всю историю общения человека с огнем. Это социальная  природа и социальное опосредование всей огненной сферы. Подобно любому явлению культуры, огонь на службе человека выполняет основные и производные функции. Основные функции огня – борьба со зверями, согревание и освещение жилища, приготовление пищи.

Мифы, связанные с огнём, относятся к наиболее ранним пластам мифологического творчества. Человек стал человеком лишь благодаря приручению самой опасной и самой чистой стихии, обладание которой обеспечило ему возможность выживать в экстремальных погодных условиях. В мифологическом сознании первобытного человека огонь был поставлен в привилегированное положение по отношению к другим стихиям. В огне древний человек явственно видел воплощение божества, волю небес, указующий перст Бога. В большинстве государств классического Востока и античного мира взаимно переплетались идеологическое и символическое значение огня. Самый выразительный пример – бог Агни в ведической мифологии Индии: ему одному посвящено в ведической Индии 200 гимнов. Составители гимнов не жалели красок для прославления священного огня:

« О, Агни, огонь священный, огонь очищающий..».2, стр. 1

Иранские огнепоклонники хранили «вечный огонь» не только в домашних очагах, но и в храмах огня,  храмы огня, как это видно из археологических раскопок, были в Средней Азии и Закавказье.

Культ огня в римской мифологии, воплощенный в образе богини Весты, восходит к древнейшим индоевропейским традициям. Древние римляне видели в огне священного очага городской общины и отдельных домов божество, именуемое ими Вестой. За священным огнем следили жрицы – девушки, давшие обет безбрачия ( нарушение его каралось смертью).

В зороастризме огню отводится исключительная роль - он считается высшим творением Ахурамазды. Огонь разлит по всему космосу и пребывает во всех его живых творениях, кроме храфстры - порождений злокозненного Ахримана. В авестийской традиции огонь почитали под именем Атар, которое в среднеперсидской форме трансформировалось в Адур.[2

У каждого народа свое видение мира, мифа.

У народов Севера  миф - это нечто сакральное и личное, огонь-эталон множества жизненных законов, огонь имеет огромную практическую значимость для северных народов, помогая выжить в суровых условиях севера. Этническая писательница Анна Неркаги подчеркивает в своих произведениях этическую функцию огня.

ГЛАВА 1.Анна Неркаги - этническая писательница Ямала

    Жизнь и судьба Анны Неркаги

                                                            «Я была тогда с моим народом,

                                                             Там, где мой народ, к несчастью, был».

                                                                                                  (Анна Ахматова)

Анна Павловна Неркаги,  что в переводе с ненецкого означает «род негнущихся», родилась 15 декабря1952 года в чуме в горах Полярного Урала. Литературный путь Анны Павловны можно проследить, если обратить внимание на следующие даты:

  1. В 1977 году вышла первая повесть Неркаги «Анико из рода Ного».
  2. Затем в журнале «Урал» была напечатана её повесть «Илир». Позднее обе повести переиздавались.
  3. Повесть «Белый ягель» вышла в 1995 (сокращённая версия) и в 1996 (полная версия) годах.
  4. В 1996 году вышла повесть Неркаги «Молчащий».

В повестях  Анны Неркаги  прослеживается глобальная тема умирания народа, брошенного бездушной социальной системой. Задача  хищнического освоения богатств северных недр выполняется в ущерб жизненным интересам жителей тундры. Добыча нефти и газа, появление геологов ,бурильщиков, чиновников, в большинстве своем равнодушных к судьбе коренных народов выдвинули проблему культурного просвещения северных народов. Анна Неркаги выражает чаяния своего народа. Как истинный  представитель национальной интеллигенции , она поднимает проблемы

 « катастрофы», нависшей над ее народом, она пытается указать пути спасения и сохранения национальной культуры, главным образом опираясь на самих себя, на молодое поколение ненцев. Потеряв самых близких людей (мать, сестру и единственную дочь), Анна Неркаги решила сделать счастливыми чужих детей. Она усыновила ребят, которых стала учить выживать на Крайнем Севере. Ненецкую писательницу можно назвать сильной духовно женщиной, ведь не каждый человек способен открыть единственную в России школу–интернат семейного типа, в которой воспитанники ее смогут  получить образование в условиях кочевья, учиться понимать и хранить традиционные ценности. Писательница вкладывает всю душу в своих воспитанников .

Из открытого письма Константина Лагунова следует  признание, что Анна Неркаги является  истинной дочерью Тундры, её голосом, сердцем, ее больной совестью: «Ты сердцем чуешь боли и беды своего народа, чутко улавливаешь малейшие перекосы, нежелательные подвижки в его очень трудной, соленой и горькой судьбе».  Путь А. Неркаги , по отзывам В. А. Рогачева « преодоление нового рабства на планете с его техногенной машинерией. Возвращение в отчий дом, очищение души».1, Стр. 406.

Ненецкая писательница не приукрашивает героев в своих произведениях. Она создает имитацию действительности, реальной жизни народа ненцы.

Ей страшно за будущее этого трудолюбивого, мудрого и гордого народа.

Не смотря на все трудности и преграды, Анна Неркаги не оставляет свой народ, она ведает миру о жизни ненецкого народа, о его насущных нуждах, о его болях и бедах.

В своих произведениях Анна Неркаги создает эпическую картину жизни ненецкого народа, затрагивает важнейшие проблемы бытия в XX веке: конфликт «отцов и детей»  («Анико из рода Ного») ,социальный антагонизм « богатый – бедный» ( « Илир»), отношения « ненцы – русские», тема выбора пути ненецкой молодежью, проблема деградации ненцев вследствие пьянства ( « Молчащий»). На более высоком,  экзистенциальном уровне Неркаги  затрагивает универсальные вопросы человеческого  бытия; жизни и смерти, веры и отношения к  предкам, взаимоотношений человека и природы в повести « Белый ягель», ставшей духовной хроникой 80-х годов. Именно в этой повести противостояние традиционной культуры и цивилизации  показано как трагедия, нарастание разрушительных тенденций, нарастающих извне.

Писательница стремится ввести культуру ненцев в мировой контекст. Благодаря творчеству Анны Неркаги ненецкая литература второй половины XX века обладает мощным  эстетическим потенциалом, позволяющим ставить и решать самые насущные вопросы: только во Франции по ее творчеству защищено три диссертации, прявляют интерес к ее творчеству в Венгрии и в Америке ( переведена повесть « Илир»). Кинематограф в лице Н. Михалкова и Н. Бондарчук приступили к экранизации повестей писательницы.

Глава2.  Этическая функция огня  в мифологическом сознании ненецкого народа.

«Живой огонь-одно из великолепнейших святых чудес жизни. Равного ему нет на земле. На небе - да, но на земле живой  огонь в жизни предков- скопийцев имел ни с чем не сравнимую силу.» («Илир» стр.290)

Небесные светила почти не присутствуют в мифах хантов и манси. Напротив, божество огня занимает в религиозных верованиях обских угров значительное место.

В мифологии огонь фигурирует главным образом в космогонических мифах: его роль  в сотворении мира, представление о вечности и неуничтожимости огня, образ жидкого огня – огненного потопа и идея конца мира сближают мифологию хантов и манси с иранской традицией.

 В мифе огонь персонифицирован  – богиня, сестра небесного бога ТорумаНай-сянь, Най-эква (манс.), Пугос-анки, Най-анки (хант.) – «Огонь-мать». Это женское божество, имя которого также можно перевести как «героиня», «владычица». Она стоит в одном ряду с богиней-матерью Калтась. При обращении её именовали «милой матерью», «семиязыкой матерью».

Жертвы огню приносили очень часто, ибо и в тех случаях, когда жертвоприношение осуществлялись в честь других богов, люди никогда не забывали о Най-сянь. При посещении любого культового места у костра ставили пищу и спиртное. Аналогичным образом проявляли уважение к огню очага при  жертвоприношении внутри жилища.

Пугос-анки свойственно материнство по отношению к огню. На Вахе отмечен обычай жертвовать костру красное платье или кусок красной ткани с отверстием в середине, «чтобы у Анки-Пугoc были дети». Ей же, как и солнцу, приносят в жертву оленя с красноватым пятном на шкуре. В этом заметно сходство с обрядом родин, когда завернутый в берестяной туес послед (анки) проносят через огонь, отправляясь с ним «навстречу солнцу» (к березе, где он будет вывешен с солнечной стороны).

Распространенными среди восточных хантов именами духа домашнего огня являются Кот-Ной («Домашний Огонь») и Най-ими («Огня женщина»). У манси дух Огня-матери именуется Най-щань; святилище огня (Аращ-кан) является сугубо женским и называется эква-пурлахтын-ма - «земля женского бескровного жертвоприношения».

В некоторых мифах, где фигурируют человеческие существа, первоначальное обладание огнем приписано женщинам, мужчины же получили его позже. В этих вариантах мифов об огне нашли отражение некоторые черты реальной действительности (у всех древних народов хранительница домашнего огня - обычно женщина). В некоторых мифах есть намёки на связь Огня с половой функцией женщины.

Очень характерно олицетворение Огня у народов Севера - в виде женского образа "матери Огня", "хозяйки очага" и т.п. (у якутов и бурят - в мужском образе "хозяина Огня"). Это не вообще Огонь, а каждый раз "свой", домашний, семейный очаг, который нельзя смешивать с Огнем чужой семьи. Есть мнение, что именно такую "хозяйку Огня" представляли собой известные женские фигурки эпохи верхнего палеолита и более позднего времени, нередко находимые в древних жилищах вблизи очага.

По представлениям обдорско-куноватских ханты, «людей одного очага» объединял домашний огонь, считавшийся у кровных родственников общим. Огонь в очаге мог сообщить, к примеру, о скором прибытии родственников или о смерти одного из них. По традиции члены одного рат могли передавать очажный огонь друг другу, а приходя в гости, «кормить» его, подбрасывая дрова. В чужой рат огонь не давали.

Сложный комплекс представлений об огне-родстве рат у северных ханты основывался на идее единства и непрерывной взаимосвязи живущих и умерших родовичей. На родовых кладбищах обдорско-куноватских ханты у каждого рат, чьи могилы располагались «чуть в стороне» друг от друга, было отдельное костровое место. У небольших по численности родов могилы радиально или рядами выстраивались вокруг одного кострища. При посещении кладбища (поминки, похороны) старейший разводил костер и приглашал к огню всех умерших членов рат — стучал по могилам каждого родственника. На святилищах общий огонь являлся свидетельством родства участников ритуала и означал единство «корня» собравшихся рат. Например, пароватские ханты Каковы, Ямру и Родямовы, представляющие собой отдельные рат, считаются связанными единым происхождением и относятся к роду Поравытёх. На общем родовом святилище каждый из этих рат имел свою священную нарту, но огонь при жертвоприношениях они разводили общий. В пределах одного очага рат — вертикального (межпоколенного) родственного круга — осуществлялся обряд  ляксыс (ляксам), означавший передачу душ умерших предков новому поколению. У обдорско-куноватских ханты он проводился сразу после возвращения матери и младенца из дома роженицы (аи хот). Алыпеманки («Носящая мать») ставила люльку с ребенком к очагу, а затем, положив под колыбель топор или нож, приподнимала ее, мысленно называя имена умерших родственников. Если люлька «прилипала» (с трудом поднималась), считалось, что душа предка «просится вселиться» в тело новорожденного. Если «воскресающая душа» определялась неверно, ребенок плакал, то следовало провести обряд повторно.

В огонь, по поверьям народов Севера, нельзя плевать и бросать мусор, нельзя трогать железными предметами - все это оскорбляет его или причиняет боль. За непочтительное отношение к себе огонь может наказать пожаром. Для задабривания ему приносили жертвы: брызгали жиром или вином, лили немного крови, бросали кусочки пищи или красные платки. Устраивались и целые церемонии с закланием жертвенного животного, общим угощением. Матери всех огней Чораснайанки на Югане приносили жертвы оленя белой масти. Ей шили громадный красный халат, который сжигали на костре, обращаясь к богине: «сделай нас всех счастливыми, сделай так, чтобы не болели дети». Таким образом, в мифологическом сознании ненецкого народа , как и других народов Севера, отношение к  огню выступает в качестве  определенных  правил нравственности.

Глава3. Этическая функция огня в произведениях Анны Неркаги.

Огонь в произведениях этнического писателя Анны Неркаги выступает эталоном множества жизненных законов. Писательница в своем повествовании  соединяет языческие и христианские мотивы и реалии. Огонь, Крест и Голгофа находятся в притче (произведение « Молчащий») рядом, придавая ей неповторимый колорит:

 « Живой огонь согревал тело и воспламенял душу предков - скопийцев, ему покланялись, верили, любили, он воплощал в себе нечто, радость, прошлое, будущее».1,Стр.290.

Живой огонь воплощал в себе то, без чего невозможно существование человека на земле: « Жить  через огонь – так сказали бы старые люди, значит, жить не в своем чуме». 1, стр.12. Огонь повелитель человеческих судеб, он освещает жилище, чум, на Душе чума лежит тяжесть прошлого.

Относительно огня, в частности домашнего очага, широко распространены разные поверья, суеверные запреты. Зажигание нового огня должно происходить по определённым правилам, с соблюдением известных обрядов. Все это свидетельствует о том, что огонь считался чистой и очищающей стихией.  « Быстро и ловко растопив огонь, женщина  нарубила мясо. Ох и посмеются люди тундры над свадьбой твоего сына. Женщины воронами закаркают: сама мать жениха рубила мясо для котла, сама разжигала грешными руками чистый огонь новой жизни». 1,стр.14.

« Сына надо женить… Так решила старая женщина и только после этого, сдвинув мерцающие уголья, раздула огонь. Принятое решение, правильное и единственное давало ей право смотреть в глаза Великому повелителю человеческих судеб, каким в ее сознании всегда был и оставался огонь. Теперь оставалось сообщить решение Душе чума.»1, стр.19

У народов Севера огонь наделён множеством функций, и одной из них является «исцеление». Такая функция огня достаточно распространена: окуривание, копчение, прижигание больного места печной золой.  «Дух» огня помогал больным и немощным, поддерживал жизнь, помогал справиться с болезнью. « Ему вверяли Души, умирая в болезнях, в тоске, в старости».1, стр.290.

Огонь всегда символизировал гармонию с окружающим миром. « Был огонь, хоть и чужой, но  щедрый на тепло, нужно только дожить до смерти, тихо, не досаждая людям, не напоминать без причины о себе и о своем горе» . 1,стр.35

Женщина более, чем мужчина, имела случай обходиться с огнём, изучать его свойства, привычки…Она замечала, отчего он ,сердитый, шипит и трещит, сыплет искрами, что заставляет поднимать кверху свои языки. Её внимание усиленно сосредотачивалось на стихии. -дети…- тут же замолкла, потому что, как только она сказала первое слово, огонь рядом цыкнул. Какая-то дремавшая головешка вспыхнула в нем и погасла со вздохом. Женщина удивленно обернулась…

О чем предупреждает огонь, призывая молчать? Все хорошо.  В том, что случилось, нет плохого, не цыкать, а радоваться надо. И не поверила женщина своему огню. («Белый ягель» стр.30)

  Издревле огонь считался собеседником для женщины. «Непостижимо велика власть Огня над человеком, и робкой просьбой, не  капризом и не угрозой стал звучать тихий, печальный голос женщины, боясь перейти на отчаяние и боль».стр.1, стр. 34

Слово – особая категория для ненцев, в нем важны сдержанность, степенность. К Слову готовятся долго, иногда оно – исповедь о целой жизни, иногда – Наказ.

«Ровно горел огонь. Много исповедей, молитв, радостей, прощаний и смертей видел и принял Огонь. Он слушал и старую женщину: « Когда жестокий холод жизни превратит в лед сердце моего сына. Не пожалей силы своей. Растопи тот лед. Поднимающимся новым всполохом ответил Огонь…»1, стр. 34.

 Диалоги с огнем  превращаются в символику: « Я боюсь предсказывать. Но ничего не могу с собой поделать. Золото спасительного огня стоит перед глазами  Души. Золото Огня искупительно.»1,стр. 232

 В « Анико из рода Ного»  писательница замечает « женщины редко называют друг друга по имени, чаще – матерью живого ребенка». При этом женский мир соотносится не только с внутренним пространством чума, но и с пространством земли. Хотя и внешним по отношению к дому, но  устремленным к замкнутому полому типу пространства.  Землю связывает с женщинами стойбища мотив крови (вода – « земля кровинушка», « кровушка земли») и мотив огня ( очага). В отличие от женского, мужской мир ориентирован вовне, устремлен к открытому типу пространства дороги, воздуха, гор. «Муж умер, но не унес с собой голодных детей, и огонь не потух в тот час, когда не стало его главного хозяина.» («Белый ягель» стр.18)  Герои – мужчины не ставят чум, не разводят огонь, не шьют, не стремятся привязать к дому детей. Душа мужчин свободна. Поэтому именно мужские персонажи повести сталкиваются с проблемой выбора, отстаивают личные нравственные ценности: честь, долг, жалость, любовь – категории мужского сознания: « Огонь твой, но честь моя», - говорит Ванну жене, которую судит « жестоким судом Ямини». 1, стр.

 

Природа - эталон жизненных законов. Огонь-символ правды, уравнитель.

«Из всех Великих, вершащих суд, у них остался только Огонь. Он должен совершить суд за поругание смысла жизни».1, стр. 239.

Огонь является связью между мирами:

«Молча, склонив головы, сидят вокруг костра. Всем хочется сделать приятное жене Себеруя и вместе с тем дать наказ, чтобы она там, в стойбище ушедших, замолвила слово за тех, кто остался, да подробно рассказала, кто как живёт. Это скорее не похороны, а проводы человека, решившего уйти в другой мир». 1,стр.319

А. Неркаги не соболезнует благодушно бедам своего народа, а прямо и откровенно говорит о его недостатках.

« Живой огонь был единственной защитой  последних из свободных. Когда они, гонимые, доживали остатки жизни в потаённых, недоступных пещерках, в ущельях  и просто в расщелинах скал. Ему вверяли Души, умирая в болезнях, в тоске и старости. Глубоко в горах, в тени угрюмых скал, в кельях опустевших пещер, где свищет теперь ненастный ветер злобы, до сих пор встречаются куски земли. Здесь все выжжено, и только низко стелется жёлтенькая колючая травка, образуя неровный круг. Заблудшая Душа невольно остановится над печальными незаживающими ранами земли, тщетно высматривая следы какой-либо жизни. Иногда осатаневший зверь пронесётся, обнюхивая холодные склизкие камни, заросшие ползучим лишайником». 1,стр.290.

В произведении есть определенный универсальный смысл, великая Боль за свой народ, много ли писателей откровенно рассказавших о своем народе?

 «Горели рядом два сильных огня. Два существа по разные стороны Бытия кидали в пламя каждый своё. Даже небо в вышине окрасилось в два цвета. Душно-красным, багровым от тяжести греха стояло оно над местом, где сидел, торжествуя, насилуя Души, Улыб. Где вокруг него и под ним копошились снедаемые низменной страстью скопийцы… В огонь безумства кинул Улыб живые трупы скопийцев. В огонь, в котором и сгинули души и тела, судьбы и миссии, поколения и миры.

Второй Огонь горел в лоскуточке неба, в котором уперся неподвижным сверкающим взглядом Молчащий…Прекрасное лицо его в чаще разметанных волос оставалось спокойным. Над ним небо светилось безграничной голубизной, уходящей в нездешние дали. Огонь Терпения пылал в нем. И Огню безумства было не сравниться с ним. Ни в силе, ни в яркости, ни в цвете.  Голубые сияния текли на Молчащего. И тело его…, другое - нежное, нетронутое, светилось ответной пульсирующей голубизной…» 1, стр.269. 

Апокалиптические  бедствия , нависшая катастрофа, введение  темы Креста отражает характерное для северных народов сочетание языческих верований и отдельных христианских представлений.

Символизм Неркаги носит всеобщий характер, речь идет о судьбе человечества, попытка показать кризисные перемены, но с надеждой на будущее: « Много у человека в душе костров.  Костер любви и доверия, черный костер лжи и злобы, костер доброты… И дай бог каждому человеку, чтобы в душе его никогда не гасли добрые костры, чтобы не могли их потушить никакие холодные ветры». 1 , стр. 401 .

                  Заключение:

Этап более прочной оседлости северных народов  соответствует формированию мифологического персонажа: это – « мать огня», « хозяйка огня», « мать очага». Огонь для ненцев - образ племени, память о предках. Много тысячелетий насчитывает почитание и одушевление огня.   В произведениях А. Неркаги  этнографически систематизированы конкретные факты, говорящие об  этических функциях  огня: огонь как чистая, очищающая стихия, его целительная функция, огонь – собеседник для женщины, символ правды, всеобщий уравнитель, огонь – связь между мирами, огонь – предостережение будущим поколениям. Писательница показывает огонь как форму опосредывания человеческих отношений, их взаимотяготения и взаимоотталкивания, форма разграничения трудовой деятельности женщин и мужчин, сплочения семьи и родовых групп. Этот символ  не исчезает , а служит внешним выражением общности национальных и общеродовых интересов, что сказывается в моменты острых социальных кризисов.  В ходе дальнейшего расширения форм общения этическое значение огня приобретает мировое значение: торжественные факельные шествия сторонников мира, неугасимый огонь на местах захоронений борцов за свободу и демократические права напоминают о сплачивающей роли огня. Высшей формой этой символики является новая традиция перенесения олимпийского огня с его родины в ту страну, где проводятся очередные спортивные игры, выражая стремление к миру.

Стремление Анны Неркаги представить извечные законы бытия через передачу этической функции огня позволяет ей ввести культуру ненцев в мировой контекст.  «Очень важно нести свой огонь вперед.»  («Белый ягель» стр.31)

                                                                    Есть у народов Севера пословица

« Того дугэе ачин», имеющая смысл: «Жизнь вечна…»

                                                                                    («Огонь не имеет конца»)

Справочный аппарат.

  1. Анна Неркаги. Молчащий: Повести – Тюмень: « СофтДизайн», 1996. – 416с.
  2. Вадим Плотников: Символика огня в истории культуры, журнал

    « Природа»,1984,№9.

  1. Цымбалистинко Н.В. Север есть Север: Исторические судьбы коренных народов Ямала в литературном освещении. _ СПб.: филиал изд. « Просвещение», 2003 год.- 172 стр.
  2. К. Карьялайнен . Религия югорских народов. Хельсинки, П1921 -1927.орвоо,
  3. В. Евладов В. П.  По тундрам Ямала к Белому острову: Экспедиция на Крайний Север полуострова Ямал в 1928 -1929гг. Тюмень: Изд ИПОС СО РАН,1992 г. 281 с.
  4. Т. Лехтисало Т. Мифология юрако – самоедов ( ненцев) Пер. с нем. И публ. Н. В. Лукиной. Томск: Изд. Томского ун – та,1998 г. 136с.
  5. А. Головнев А. В. Говорящие культуры: традициисамодийцев и угров. Екатеринбург: Изд. УрО РАН,1995 г., 608 с.
  6. Цымбалистинко Н., Попов Ю. Умолчание эпохи., Мир Севера. 2000 г. №6(22). С. 84 – 87.
Комментарии (0)Просмотров (1039)


Зарегистрированный
Анонимно